chehonin (chehonin) wrote,
chehonin
chehonin

http://www.pseudology.org/Sysk/KoshkoAF/13.htm
Вот так все и просрали, очень они предавались разной романтике и фантазиям, далеки были от земли русской, это я про предреволюционных господ наших.
Вот не последний был человек в полиции а как очаровывался и давал себя запутать. Хотя мозги были да. Парадокс.
"Бедный Муратов оказался убитым двумя пулями в грудь. Грустно мне было на третий день следовать за гробом мужественного сослуживца, а еще грустнее – видеть слезы его вдовы и осиротелых детей. Не без негодования собирался я приступить к допросу убийцы Муратова, но при появлении его в моем кабинете и при первых словах, им произнесенных, чувство гнева стало во мне утихать, уступая место сначала некоторому любопытству, а затем, пожалуй, и чувству (да простит мне покойный Муратов!) некоторой симпатии."
"Между тем Васька помчался через рынок, подбежал к какому то забору и стал через него перелезать. Тут же вертевшийся мальчик, заразившись общим настроением преследовавшей Ваську толпы, впился зубами в ногу перелезающего через забор Васьки и мертвой хваткой повис на ней. Подбежавшие городовые схватили разбойника, обезоружили его, после чего он был препровожден в ближайший, Мясницкий, полицейский участок."
"Бывало, спросишь его: – Васька, может, водочки или чего другого хочешь?
А он: – Покорнейше благодарим, г. начальник! Какая теперь водка! Время не то для меня настало, о душе подумать следовает!"
"Обычно принято думать, что злодей, имеющий на душе ряд убийств, должен внешностью своей непременно отражать это Божеское проклятие, эту каинову печатью На самом деле ничуть не бывало: среди закоренелых преступников явно дегенеративные типы встречаются, пожалуй, не чаще типов обычных, и нередко в числе злодеев попадаются даже и люди приветливой внешности, с кроткой, симпатичной улыбкой и очень часто с невинно детским выражением чуть ли не ангельских глаз.
Васька Белоус был из числа последних. Красавец собой, богатырского роста и телосложения, чрезвычайно опрятный и, если хотите, по своему элегантный, он положительно чаровал своей внешностью. Гордо посаженная, белокурая голова с приятным лицом, серыми, большими глазами, орлиным носом и густыми, пушистыми усами – такова была его внешность. Вошел он ко мне в кабинет в поддевке, ловко накинутой на богатырское плечо, в высоких, смазных сапогах, в стальных, наручниках, – словом, ни дать ни взять, пойманный молодец удалец из старой русской былины.
Это впечатление было настолько сильно, что я неожиданно для самого себя впал в какой то чуть ли не эпический тон.
– Ну, Васька, погулял, и будет! Пора и ответ держать! Не криви душой, рассказывай все по совести, не скрывай думушки заветной!
– Это точно, господин начальник! Ничего не скрою, все расскажу.
Умел молодец гулять, – умей и ответ держать.
– Что же ты, Васька, письма разные писал? Крови, мол, человеческой не проливаю, а на деле сколько головушек сокрушил?
– Нет, господин начальник, писал я правду: капли крови зря не пролил да и проливать своим товарищам не дозволял.
– А как же пристав, вдова в Люберцах, Шагов?
– Это не зря: господина пристава я застрелил за то, что он к Пашке лез силой со срамными предложениями. А Пашку мою я люблю больше жизни. С генеральшей в Люберцах, право, грех, вышел: не хотел я убивать ее, да не стерпел.
– Что же ты не стерпел?
– Да, как же, господин начальник? Забрались мы ночью к ней в квартиру. Я в спальню, она спит. Только что успел забрать часы да кольцо со столика у кровати, как вдруг в полупотемках задел графин с водой; он бух на пол! Генеральша проснулась, вскочила, разобиделась да как кинется, да мне в морду, раз другой… Ну, я не стерпел обиды и убил за оскорбление. Убивать то не хотел, а выстрелил больше для испугу, да вот на грех угодил в убойное место.
– А Шагова?
– Этому молодцу туда и дорога! Не насильничай и не похваляйся этим! Не желаю, чтобы про Ваську Белоуса слава дурная ходила… Он не убийца и не насильник! Людей зря не мучит!
– Ну, ладно, Васька! Будь по твоему! Но как же ты Муратова, моего бедного Муратова, не пощадил? Ведь посмотри на себя: в тебе сажень косая в плечах, а Муратов был слабым, хилым человеком, к тому же и безоружным? Ну ты бы его пихнул хоть, стряхнул бы с себя, зачем же было убивать его?
Васька глубоко вздохнул.
– Да, господин начальник, признаюсь, подло "я с ним поступил!
Да и сам понять не могу, что за вожжа мне под хвост попала?
Взглянул я на него, и такая злость меня разобрала! Да и испугался я за волю мою – волюшку. И, не долго думая, – взял да и выпалил. А теперь и вспомнить горько. Позвольте мне, г. начальник, повидать их жену и сироток. Я в ногах у них валяться буду, прощенья вымаливать!
– Валяться ты то будешь! Да что толку в том? Мертвого не воскресишь!
– Это точно! – и Васька еще глубже вздохнул."
"Василий подошел к виселице, сам влез на табуретку и, отстранив приближающегося палача, сказал:
– Не погань рук! Я сам все сделаю!
После чего, расстегнув ворот рубахи, накинул на шею петлю, заправил ее хорошенько, глубоко вздохнул, поднял глаза к утреннему небу и тихо прошептал:
– Прощай, Паша!…
Затем сжал плотно веки и, с силой оттолкнув ногой табуретку, повис в петле. Несколько судорог в теле, несколько конвульсии пальцах, и он затих навеки.
Плакал жандармский офицер, плакали конвойные, плакал и…"
Дневники царя последнего то же следует почитать, очень яркая картина получается.
В Европе пожирание таких наивных людей началось совсем недавно, хитрыми гражданами из разных диких стран.
Subscribe

  • Лезгинка

    На станции метро Филевский парк, 28-летний мужчина исполняя лезгинку атаковал поезд. Теперь ему грозит штраф в миллион рублей. "Около 15 часов,…

  • (no subject)

  • Еще один все понял

    Приведу два чужих комментария - Иван Вахрушев 20 часов назад Я всем здесь скажу открыто и откровенно, как обстоят дела. Мой комментарий многим…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments